Алексей Викторович Тимофеев в 1985 г. окончил исторический факультет МГПИ им. В.И. Ленина. В 1989–2001 гг. – обозреватель, ответственный секретарь журнала художественной литературы и общественной мысли «Слово», в 2006–2021 гг. – главный редактор интернет-газеты Фонда исторической перспективы «Столетие». Автор книг «Покрышкин» (шесть изданий), «Советский ас Александр Клубов» (три издания), «Как русские научились воевать», «Николай Присекин». Редактор-составитель книг «Главный маршал авиации Голованов» (М., 2001), «Генерал армии Тюленев» (М., 2005), «Россия в кольце анаконды» (М., 2011), «Российско-украинский узел. Потеряна ли Украина для России?» (М., 2016), «Код Мазепы. Украинский кризис на страницах «Столетия»» (М., 2023) и др.
- Какую роль сыграл МПГУ, его преподаватели в Вашем профессиональном становлении?
О преподавателях могу сказать с полной уверенностью – случайных, слабо подготовленных среди них я не встречал. Престиж вузовского преподавателя стоял тогда очень высоко, их труд достойно оплачивался.
Выделялся своей харизмой профессор Аполлон Григорьевич Кузьмин. Был он в 1970-1980-е в самом расцвете сил. На лекциях, которые он читал завораживающе, делился с нами, как с равными, своим видением самых глубоких и острых проблем русской истории. Давал и практические советы, например, как читать историческую литературу. Глубоко проработать все нужные монографии физически невозможно, но очень важно иметь о них хотя бы представление – прочесть введение, список источников и литературы, полистать. Таким мне запомнился его совет, которому я старался впоследствии следовать.
Помню, как строжился на семинарах Юрий Иванович Писарев, стараясь, чтобы студенты уяснили, как жила община франков, как велика была европейская культура Средневековья. С каким искренним чувством он как-то сказал нам о том, что завидует тому, кто еще не прочитал «Гаргантюа и Пантагрюэль» Франсуа Рабле – величайшее произведение. Влюблен был в свой предмет! Это вызывало уважение и интерес.
Но нашел я себя лишь спустя несколько лет после получения диплома, на скрещении истории и журналистики, 12 лет работал в редакции журнала «Слово», где вёл публикации по истории и культуре. В 1996 году я восстановил контакты с родным институтом, теперь уже университетом, помню, писал материал о выходе новых, первых с начала 1990-х учебника по истории России и хрестоматии по отечественной истории (научные руководители – Александр Федотович Киселев и Эрнст Михайлович Щагин). Это было событие в науке! Во второй том хрестоматии вошли, чем я горжусь, фрагменты из моего материала в журнале «Слово», беседы с дважды Героем Советского Союза В.Н. Леоновым.
15 лет был главным редактором интернет-газеты «Столетие» Фонда исторической перспективы, который возглавляет доктор исторических наук Наталия Алексеевна Нарочницкая. Ее отец академик А.Н. Нарочницкий, кстати говоря, четверть века заведовал кафедрой новой и новейшей истории в МГПИ им. В.И. Ленина.
Всё полученное в институте, безусловно, пригодилось. Для журналиста историческое образование – огромный плюс. На мой взгляд, оно весомее, чем даже журфак МГУ. Основательность, навыки изучения истории вопроса, анализа источников и прочее очень помогают в работе журналиста, тем более писателя. Из тех, с кем я учился, вышла плеяда мастеров слова – ученых, писателей, журналистов.
- Вы автор и составитель более десятка книг, посвященных истории Великой Отечественной войны, проблемам современности. Какими принципами Вы руководствуетесь при выборе темы и формата будущей книги? Что для Вас является самым трудным в писательской работе?
Интерес к войне возник у меня с детства. Отец Виктор Николаевич, еще когда мы жили в Новосибирске, подводил меня, пятилетнего, к бюсту знаменитого земляка – летчика А.И. Покрышкина. В детстве и отрочестве много читал о Великой Отечественной войне, смотрел замечательные военные кинофильмы, которых тогда было снято немало. Действительно, правы педагоги, когда говорят, что всё главное закладывается в раннем детстве. Потом оно обязательно проявится.
Затем увлекли другие сюжеты. Но в начале 1990-х неожиданно для себя стал профессионально заниматься темой Великой Отечественной войны и её героями. То время неслучайно назвали лихолетьем. Молодежь, начитавшись «перестроечных» СМИ, в глаза глумилась над ветеранами: за что вы воевали? Пили бы мы сейчас под немцами баварское пиво… А известный писатель-фронтовик В. Астафьев вдруг начал запальчиво бросать: не было у нас никаких военных гениев, завалили немцев трупами.
Все то безумие сейчас уже трудно представить во всем его масштабе. Работая тогда в журнале «Слово», решил для майского номера 1992 года сделать хороший материал о Великой Отечественной, о Победе. Пришел в Воениздат, тоже переживавший разруху, мне предложили посмотреть рукопись пятого тома издания «Последние письма с фронта». Начал читать по вечерам письма тех, кто погиб в 1945-м. И как будто хлынула с этих страниц светлая, чистая, мощнейшая энергия. Спасительный родник.
Начал собирать литературу о войне, искал встреч и бесед с участниками, героями Великой Отечественной. А чаще эти встречи как будто сами находили меня…
Главный вопрос, который интересовал меня в 1990-2000-х годах – за счет чего Красная армия победила столь сильного врага? Умели ли русские воевать? В ходе бесед с ветеранами я расспрашивал их о боевой и психологической подготовке наших летчиков и разведчиков-диверсантов, артиллеристов, танкистов и пехотинцев, о наиболее характерных эпизодах схваток и сражений, соотношении потерь, стратегии и тактике, оценке действий противника. Картина начала проясняться.
Ветеранов тогда еще было немало среди нас, они охотно делились воспоминаниями. Так я начал писать очерки и беседы о летчике-истребителе А.И. Покрышкине, морском разведчике В.Н. Леонове, Главном маршале авиации А.Е. Голованове, о комэсках и комбатах, кавалерах ордена Славы. Некоторые из таких встреч перерастали в работу над книгами.
К какому выводу я, как исследователь, пришёл? Чтобы узнать и понять какое-то историческое событие, сражение и т.д. необходимо погрузиться в ту эпоху, поработать в архивах, изучить мемуары и монографии. Но очень важны и рассказы участников событий, которые нередко ставят всё на свои места. Народ-то наш сполна наделён здравым смыслом. Причем к этим беседам надо быть готовым, надо знать, что спрашивать, надо расшевелить человека, чтобы он увидел в тебе понимающего собеседника. Одну из своих книг я так и назвал – «Как русские научились воевать».
Интересует меня не только война. В прошлом году вышла моя книга «Русские аксиомы. Беседы о судьбах России». На мои вопросы отвечали писатели, ученые, художники, государственные мужи. Как историку по образованию, ко мне, журналисту, довольно скоро пришло понимание, что при должной подготовке можно делать не просто интервью, а объемные интереснейшие беседы, в которых незаурядный человек раскрывает свой внутренний мир, творческую лабораторию, в сжатой и доступной форме рассказывает самое ценное о себе и своей работе. Главное здесь – опять же суметь установить с героем такой беседы доверительный контакт, а также иметь достаточно тонкий «музыкальный слух», чтобы дать материал в литературной обработке, при этом сохранив в точности смысл, все интонации и нюансы речи собеседника. Отмечу также, что тексты всех этих бесед я обязательно показывал моим визави и получил их «добро» на публикацию.
Мог ли я представить в студенческие годы, что на мои вопросы будут отвечать начальник аналитического управления КГБ СССР генерал-лейтенант Н.С. Леонов, члены ЦК КПСС – партийный деятель В.Н Швед и известный дипломат В.М. Фалин, другие исторические личности?
Формат таких книг определялся по ходу дела, а самым трудным для меня всегда было начало работы над книгой. Никогда поэтому не начинал со вступления или первой главы, а стремился нарастить объём рукописи, писал сначала то, что виделось более ясно.
- В чём, на Ваш взгляд, состоит главная цель историка-писателя сегодня: сохранение памяти, объяснение настоящего или прогнозирование будущего?
Всё перечисленное Вами взаимосвязано, как об этом нам давно сказали историки-классики.
Вот, например, в исторической литературе, я считаю, мало внимания уделялось, да и уделяется, такому внутреннему болезненному конфликту в обществе и армии, который всегда возникает в период испытания на прочность, тем более, в военное время. Нужно менять тактику, нужно менять многих командиров. Ведь в мирное спокойное время люди трудно различимы. Преуспевают не герои, решительные, умные, независимые, а скорее другие, им противоположные…Этот вопрос актуален всегда.
Командующий авиацией дальнего действия А.Е. Голованов, мемуары которого я готовил к печати по просьбе его семьи, подчеркивал:
«При подборе, расстановке и перемещении кадров мы вынуждены были не считаться ни со сроками службы тех или иных товарищей, ни с воинскими званиями. Ни личные знакомства, ни какие-либо иные соображения значения не имели. Нередки были случаи, когда из рядовых лётчиков или из рядовых штурманов людей выдвигали прямо на полки. В то же время некоторых командиров приходилось снимать, так как они оказывались неспособными».
Такой кадровый подход и позволял решать проблемы в считанные месяцы.
Особенное внимание в своей работе уделял я и теме распада Советского Союза. Моё поколение пережило эту катастрофу, когда, казалось бы, незыблемое государство превращается в обломки за считанные дни. Актуальна ли эта тема? Безусловно. Ведь сейчас практически те же технологии используются против Российской Федерации.
Историк-архивист Виктор Иванович Лосев, много лет работавший в Российской государственной библиотеке, поведал мне в свое время такой неожиданный факт: «К нам в Отдел рукописей приезжает немало ученых из других стран. Что обращало на себя внимание в 80-е годы? Мы анализировали темы, интересующие исследователей, прежде всего из университетов и институтов США, Канады, Германии… Глубина этих тем была, я вам скажу, для нас, тогдашних, чрезвычайно необычная. Было ясно, что их интересует сама сущность России, сущность русского народа, прежде всего духовная сущность. Очень занимала их история Русской православной церкви, такие вопросы, как раскол, различные ереси и так далее, вплоть до сегодняшнего дня. Или прямо не называемая, но совершенно определенная тема измены и предательства как фактора в истории России. Причем нам, специалистам, было ясно, что это не частный чей-то интерес, что выполняется обширная целевая программа по изучению Советского Союза и в основном, конечно, России. Создавалась целостная гигантская картина, как бы проникающая в суть, в глубь России. Работали они концентрированно, слаженно, мощно…».
Это нас, наивных, заставляли штудировать схоластику истмата да научного коммунизма… А наши оппоненты смотрели в корень.
И доктор исторических наук Н.А. Нарочницкая еще в далеком 2000 году без всяких иллюзий, свойственных тогда многим, предупреждала: «Война против России на самом деле никогда не прекращалась. Я надеюсь, что это теперь становится ясно каждому мыслящему человеку. Большего отречения от реальной политики, то есть политики, основанной на национальных интересах, чем при министре Козыреве в начале 90-х, история ни одного государства не знает. И чем отплатил нам Запад? Берлинская стена перемещается к границам Московии XVI века».
- Какая из написанных Вами книг является для Вас самой любимой?
Главной книгой в моей жизни остаётся, конечно, книга «Покрышкин». Работа над ней заняла несколько лет. Она была переиздана шесть раз, из них четыре в серии «Жизнь замечательных людей». Хорошие были отзывы, премию мне специальнуюприсудили в рамках Всероссийской премии «Александр Невский».
Как эта работа началась? В 1992 году я познакомился с Марией Кузьминичной Покрышкиной, вдовой первого и единственного в ходе войны трижды Героя Советского Союза Александра Ивановича Покрышкина, собрал материал и написал о нем статью в журнал «Слово». Тезис был такой, что Покрышкин стал символом тех перемен в ходе войны, которые сделали Красную армию 1941-го армией-победительницей. Прочитав статью, Мария Кузьминична сказала, что так об Александре Ивановиче еще никто не писал. А потом добавила: «Алеша, а ведь это будет делом вашей жизни…». Честно говоря, подумал: какое там, дел-то очень много. Но в целом все пошло именно так, как предсказала мудрая женщина… С ней я дружил до её смерти в начале 2000 года. Помнится, как в 1998-м сопровождал её на выступление в МПГУ по приглашению тогда декана истфака, а ныне ректора Алексея Владимировича Лубкова. Ей, кстати, очень понравились студенты, их интересные небанальные вопросы.
К какому выводу я пришёл в ходе работы над книгой? Покрышкин, я убежден в этом, – главный герой России в XX веке! По совокупности всех своих достоинств и подвигов, по силе и обаянию своей личности. Судите сами – он прошёл войну от первого и до последнего дня, весь первый год не выходил из боев, два раза был сбит. В отстаивании своей новаторской тактики вступил в конфликт с комполка, что едва не закончилось для Александра Ивановича трибуналом.
Первыми авторитет Покрышкина признали немцы. В воздушном сражении на Кубани весной 1943-го Александр Иванович нанес такой ущерб люфтваффе, что о каждом его боевом вылете немцы оповещали своих летчиков: «Ахтунг! Ахтунг! Покрышкин в воздухе!». И немецкие асы выходили из боя. Один молодой журналист в 1990-е бросил мне в разговоре, что это, дескать, миф советской пропаганды. Но я говорил с очевидцами, участниками тех боев. Записал на диктофон рассказ известного ученого, лауреата Ленинской и Государственной премий Ю.Н. Мажорова, в годы войны служившего в 1-й отдельной радиобригаде Ставки ВГК. Он сообщил, что лишь в трех случаях немцы переходили с цифровых радиосообщений на передачу открытым текстом: «Ахтунг, партизанен!» (внезапное нападение партизан); «Ахтунг, панцер!» (прорыв советских танков) и – «Ахтунг, Покрышкин!».
Командарм, генерал-полковник авиации Т.Т. Хрюкин 24 декабря 1943 г. наложил такую резолюцию на наградном листе Покрышкина: «Храбрый из храбрых, вожак, лучший советский ас, за лично сбитые 50 самолетов противника достоин присвоения высшей правительственной награды «трижды Героя СССР». И Покрышкин стал, повторю, первым трижды Героем Советского Союза. Причём единственным в ходе войны (Г.К. Жуков получил третью Золотую Звезду в июне 1945 года, а И.Н. Кожедуб– в августе).
Свою тактику боя истребителей Покрышкин сам применил в боях, а затем ясно и убедительно изложил в статьях, которые публиковались в годы войны во фронтовой и центральной прессе. Разработал систему подготовки молодых летчиков. Воспитал плеяду дважды Героев и Героев Советского Союза. С весны 1944-го командовал лучшей истребительной дивизией советских ВВС. Редкое сочетание различных дарований – летчика-аса, аналитика, командира, наставника – делает личность Покрышкина единственной в своем роде.
В Центральном архиве Министерства обороны в Подольске я сам читал документы полка и дивизии, которыми командовал в 1943-1945 годах Покрышкин. Например, в октябре 1943-го 16-й гвардейский полк сбил 22 немецких самолета, потерял два своих. В ноябре – 33 сбито, потерян 1.
Несмотря на запреты, Покрышкин летал на боевые задания до конца войны. Так, 30 апреля 1945 г. в Германии дважды вылетал на штурмовку войск противника, пытавшихся прорваться на запад. В тот день лично уничтожил шесть автомашин и три бронетранспортера.
После войны Александр Иванович не изменил себе, прожил достойнейшую жизнь. С отличием окончил Военную академию им. М.В. Фрунзе и Военную академию Генерального штаба. Соединения, которыми он командовал, становились лучшими. До 1963 г. летал на новейших реактивных истребителях. Высших постов в ВВС и ПВО он, правда, не занял, хотя и стал маршалом авиации. Прямота характера мешала ему, да и завистников было много… Но о Покрышкине я могу рассказывать долго. Знаю, кстати говоря, что профессор МПГУ Василий Петрович Попов посвящает целую лекцию А.И. Покрышкину. Я спрашивал у него – как слушают ребята? Он говорит – с огромным интересом!
- Расскажите, пожалуйста, о Фонде исторической перспективы, где Вы работаете с 2006 года. В чем заключаются основные цели и задачи работы фонда?
Фонд исторической перспективы (ФИП) – некоммерческая общественная организация, учрежденная в 2004 году депутатом Государственной Думы РФ IV созыва, доктором исторических наук Наталией Алексеевной Нарочницкой. Она сама ярко сформулировала задачи ФИП: «Без знания и понимания прошлого невозможно движение вперед. Без истории – нет настоящего и будущего. Деятельность Фонда исторической перспективы основана на принципах национально ориентированного консерватизма. Миссия ФИП — создавать настоящее на основе прошлого, обеспечивая связь между великой историей России и ее великим будущим».
Уже первые проекты ФИП были посвящены наиболее важным, болевым точкам российской политики, таким как проблемы фальсификации истории, оранжевых революций, укрепления суверенитета России.
Наталия Алексеевна, как мы видим, нередко выступает в передачах на ТВ, Фонд проводит конференции, круглые столы, издаёт книги. Вот недавно в рамках проекта «Историческое просвещение» были переданы книги библиотеке истфака МПГУ.
Подробнее о деятельности ФИП можно узнать на его сайте.
- Расскажите об интернет-газете «Столетие», главным редактором которой были с 2006 по 2021 год? Какова её основная тематика?
Девиз газеты – Время собираться. Отличительная особенность газеты «Столетие», по мнению одного из экспертов, это ее государственность. С этой точки зрения газета освещает текущие события и проблемы в политике, экономике, образовании. Диапазон тем очень широкий. Каждый день на «Столетие» заходят несколько тысяч посетителей из более чем ста стран мира. Многие материалы перепечатываются другими СМИ. Студентам-историкам я бы посоветовал заходить в рубрики «Территории истории» и «Созидатели», где за более чем 20 лет опубликована масса интересных материалов. По Первой и Второй мировым войнам велись отдельные рубрики.
Наша газета оказалось одним из первых изданий, которое тему Украины и Новороссии вынесло на первые полосы. Еще лет 15-18 назад я поражался тому, что там творится и что готовится. И очень многие наши публикации оказывались почти пророческими. То, что другие не замечали или считали чем-то мимолетным, в публикациях «Столетия» находило свою аналитическую оценку. Неслучайно еще задолго до СВО против ФИП и «Столетия» (в числе немногих организаций) были введены санкции указом В. Зеленского. В 2016 году мы издали сборник лучших статей газеты по данной теме «Российско-украинский узел. Потеряна ли Украина для России?». В 2023 году вышел сборник «Код Мазепы. Украинский кризис на страницах «Столетия»».
- Что бы Вы могли посоветовать студентам-историкам и начинающим исследователям?
Взять от учебы в одном из лучших университетов по максимуму. Побольше прочитать классических трудов, потом времени на это может и не быть. Ценить общение с преподавателями, которые многое могут подсказать с их-то опытом, и научным, и житейским.
Да и студенческое общение, живой обмен мнениями, информацией, пусть все это часто со смехом, иронией и подначками развивают очень хорошо. Потом этого тоже будет не хватать…
Да, многие из моих однокурсников не сделали карьеры по нынешним меркам. Цивилизационный слом 1990-х отразился на нас в полной мере. Но, считаю, мы были и остаемся частицей того культурного ядра, которое часто остается вне поля зрения СМИ, но продолжает делать Россию великой. Вот так скажу, с некоторым пафосом, который, думаю, уместен.
В проведении интервью принимали участие молодые ученые МПГУ – преподаватели Института истории и политики Артём Вадимович Воробьев и Данила Валерьевич Сазонов.
По инициативе А.В. Тимофеева Фонд исторической перспективы в марте передал в дар Библиотеке Корпуса гуманитарных факультетов МПГУ десятки книг, посвященных отечественной истории. Выражаем благодарность Наталье Васильевне Яковлевой и её коллегам за организацию данного процесса.
Общение с Алексеем Викторовичем и передача книг состоялись благодаря профессору кафедры новейшей отечественной истории Василию Петровичу Попову.
Институт истории и политики
Канал МПГУ в MAX
