Навигация по сайту

Гутов Дмитрий Геннадьевич

Учился на  факультете дошкольной психологии МГПИ им. Ленина (ныне – МПГУ). Художник, теоретик искусства.

В МГПИ занимался еще и академическим рисунком на факультете общественных профессий у Михаила Максимовича Кукунова, позже окончил Заочный народный университет искусств (факультет станковой живописи, мастерская Николая Ивановича Касаткина) и Институт живописи, скульптуры и архитектуры им. Репина.  Выставляется с 1988 г, участвовал таких выставках как Венецианская биеннале, Стамбульская биеннале, Манифеста  в Роттердаме, биеннале в Сан-Паулу, Сиднейская биеннале, Эчиго-Цумару Триеннале, (Япония), Шанхайская биеннале и др. Занимался изучением эстетических взглядов Маркса и наследием советского философа Михаила Лифшица. Организовал в Москве «Институт Лифшица»:

Работы художника хранятся в Третьяковской галерее, Русском музее, Музее русской иконы, Центре современного искусства, Московском музее современного искусства и др.

Я не собирался становиться художником. В старших классах школы область моих будущих профессиональных интересов виделась в занятии естественными науками, биологией, психологией, нейропсихологией. Так что я ходил на соответствующие лекции в Университет, изучал строение ДНК и процесс сворачивания крови. Для поступления я выбрал себе факультет дошкольной психологии Ленинского пединститута, а как проблему – возникновение у ребенка сознания.
В институте, куда я поступил, было замечательное место, называвшееся Парнас. Большой балкон над центральным вестибюлем, тесно заставленный мольбертами и гипсовыми слепками, где по вечерам собирались студенты разных факультетов учиться академическому рисунку. Занятия вел совершенно удивительный человек Михаил Максимович Кукунов. Впрочем, никто из нас не знал его фамилию. Вокруг него собирались люди, преданные искусству бескорыстно и самоотверженно. После всех лекций и семинаров по математике, биологии, литературе они ехали через полгорода, чтобы до поздней ночи строить кубы, штриховать тени, мякишем белого хлеба убирать вспомогательные линии. Я ловил каждое слово Михаила Максимовича, и ни одно из них не говорилось впустую. Он плохо слышал, ходил со специальным аппаратом, обращаясь к нему, приходилось говорить очень громко. Поэтому разговоров вообще было немного. Он подходил, садился рядом, брал карандаш и показывал, в чем твоя ошибка, ставил отметку. Преподавал он с 1949 года. То, что мне удалось прикоснуться к этой школе, является большим везением. К сожалению, из занятий у Михаила Максимовича я взял далеко не все, что мог и обязан был взять.

Дмитрий Гутов. Отрывок из моих воспоминаний. "Как я стал художником". PASTOR № 6, Ноябрь 1997, с. 195 – 201

Наши выпускники в разных областях деятельности